Александр Михайлович Орешенков, Кандидат юридических наук, советник в отставке
Митинская ул., 44, Москва, 125430
Alexander M. Oreshenkov, Candidate of Law Sciences, Retired counsello
r 44, Mitinskaya St., Moscow, 125430
ВВЕДЕНИЕ. В статье рассматривается вопрос о таком распространенном в практике общения на международных «космических» площадках словосочетании как «космические ресурсы», которое без должного учета словарно-терминологической базы действующего международного права было введено в словарный оборот на этих площадках вследствие заимствования и некритичного использования части названия неформальной Гаагской рабочей группы по космическим ресурсам, созданной в 2014 г. Другим исследуемым вопросом является то, каким образом вне рамок международного договорного и обычного права решается вопрос наделения юридических и физических лиц правом присвоения природных ресурсов небесных тел (ПРНТ) под предлогом коммерциализации космической деятельности.
МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ. Материалами для исследования являются договоры международного космического права (МКП), Венской конвенции о праве международных договоров 1969 г., Конвенции Организации Объединенных Наций (ООН) по морскому праву 1982 г., доклады Комитета ООН по использованию космического пространства в мирных целях (КОПУОС), а также его Юридического подкомитета (ЮПК), выступления представителей делегаций на их сессиях, труды российских и зарубежных ученых, нормативные акты и документы Соединенных Штатов Америки (США), Новой Зеландии, Гаагской рабочей группы по космическим ресурсам. Проводя сравнительный анализ правоустанавливающих актов и иных документов названных государств и группы, а также отдельных положений международных договоров (с учетом их понятийного и словарно-терминологического содержания), автор использует общенаучный метод познания.
РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ. Нынешнее усиление интереса к вопросу освоения ПРНТ выявило необходимость уточнения международно-правовой основы данного понятия для его использования в дальнейших возможных практических и международно-правовых действиях мирового космического сообщества, направленных на решение проблем, связанных с освоением космического пространства. В статье исследуется соотношение между понятием ПРНТ, терминами природные ресурсы и полезные ископаемые, используемыми в международном праве, и американским термином «космический ресурс». Использование первого понятия и последнего термина для регулирования правоотношений в пространстве вне пределов государственного верховенства делает необходимым выяснение того, что собой представляет космическое пространство с точки зрения действующего МКП.
ОБСУЖДЕНИЕ И ВЫВОДЫ. Согласно нормам действующего обычного и договорного МКП государства имеют лишь право распоряжения (в научных целях) образцами минеральных и других веществ небесных тел, которые по своей сути представляют собой ПРНТ. Оценивая существующую в настоящее время международно-правовую основу освоения ПРНТ, можно отметить, что наступательное внедрение коммерциализации их присвоения проводится при искусственно созданном застое в развитии МКП и одновре менных попытках использования норм национального законодательства за пределами территориального верховенства государств с целью создания там новой нормы международного обычного права. Конечным бенефициаром этих норм станут глобальные финансовые структуры, ради интересов которых и коммерциализируется космическая деятельность.
INTRODUCTION. The article examines the issue of such a common word combination in the practice of communication on international “space” platforms as “space resources”, which, without proper consideration of the vocabulary and terminology base of current international law, was introduced into vocabulary circulation there as a result of borrowing and uncritical use of part of the name of the informal Hague International Space Resources Governance Working Group, created in 2014. Another issue under study is how, outside the framework of international treaty and customary law, the issue of granting legal entities and individuals the right to appropriate natural resources of celestial bodies (NRCB) is resolved under the pretext of commercializing space activities.
MATERIALS AND METHODS. The materials for the study are the international space law (ISL) treaties, the Vienna Convention on the Law of Treaties of 1969, the UN Convention on the Law of the Sea of 1982, reports of the UN Committee on the Peaceful Uses of Outer Space (COPUOS), as well as its Legal Subcommittee (LSC), statements of some delegations at their sessions, works of Russian and foreign scientists, regulatory acts and documents of the USA, New Zealand, the Hague International Space Resources Governance Working Group. Carrying out a comparative analysis of regulatory acts and documents of the named states and group, as well as some provisions of international treaties (taking into account their conceptual, vocabulary and terminological content), the author uses the general scientific method of cognition.
RESEARCH RESULTS. The current increase in interest to the issue of the development of the NRCB has revealed the need to clarify the international legal basis for this concept for its use in further possible practical and international legal actions of the global space community aimed at solving problems associated with development of outer space. The article examines the relationship between the concept of NRCB, the terms natural resources and minerals used in international law, and the American term space resource. The use of the first concept and the last term to regulate legal relations in space outside the limits of state supremacy makes it necessary to clarify what outer space is from the point of view of the current ISL.
DISCUSSION AND CONCLUSIONS. According to the norms of the current customary and treaty ISL, states only have the right to dispose (for scientific purposes) samples of mineral and other substances of celestial bodies that, in essence, represent NRCB. Assessing the currently existing international legal basis for the development of the NRCB, it can be noted that the offensive implementation of the commercialization of their appropriation is carried out with an artificially created stagnation in the development of the ISL and simultaneous attempts to use the norms of national legislation outside the territorial supremacy of states in order to create a new norm of international customary law there. The ultimate beneficiary of these norms will be global financial structures, for whose interests are commercialized space activities.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.